Тарабановский Артём (shturman1922) wrote,
Тарабановский Артём
shturman1922

Зачем нужна культура? Часть 6.

Продолжим анализ. Совершенно ясно, что подход Лотмана просто скрывает свои метафизические основания и прикрывается лживым вульгарным сциентизмом. К сожалению очень много кто попался на эту удочку, я об этом чуть ниже напишу, а пока вернусь к анализу. Теперь после долгих разъяснений и отступлений можно двигаться быстрее.

А. С. Хомяков.


«А. С. Хомяков не согласился с точкой зрения Кохановской, так как считал, что «способности к басовым аккордам недоставало не в голове Пушкина и не в таланте его, а в душе <...> никогда не находившей в себе сил для возрождения». К Книге Иова Пушкин обращался не однажды и всегда с одинаковой свободой интерпретации библейского текста и одинаковой чуткостью к ее поэтическому стилю.
Популярность и глубокая укорененность в русской поэзии Книги Иова давала Пушкину возможность в подтексте стихотворения приравнять поэта не только к ветру, орлу, любовной страсти, но, в конечном счете, и к Богу-творцу. Можно вспомнить, что ветер и огонь — стихийные проявления Бога Яхве в Библии.»


Мы видим как еще один критик 19 века подходит к поэзии. Он говорит про душу, что в ней чего то может не доставать, про силы необходимые для возрождения и прочее. Я тут разумеется не буду ни спорить ни комментировать подход Хомякова, главное что он не вульгарно сциентисткий, для него важен создающий субъект, его если так можно выразиться, качество, состояние. А вот дальше вступает Лотман. Он опять говорит о интерпретации. Для него вообще культура похожа на сплошной набор интерпретаций… Про стиль… «Библия стильно написанная штучка не правда ли? И узнаваема. Почему бы не воспользоваться? А как воспользоваться ? С помощью интерпретаций разумеется!» - Примерно так видимо рассуждает Лотман. Культура блин однако… Но в конце пассажа Лотман говорит нечто содержательное и как обычно совершенно бесстрастно. Это ведь, как говорил Набоков о котором ниже, «Феномен языка, а не идей». Или вот философ Рорти о философии как то сказал, что мол «Философии различаются между собой не больше чем стили в литературе». Стиль он и есть стиль. Чему удивляться? Переживать? Культура как стиль… Гламур… Ну да ладно.

Что же Лотман нечаянно говорит? Он говорит ни много ни мало, что поэта в пророке (от куда он взял вместе со всеми остальными, что там речь поэте ума не приложу…) можно приравнять к богу-творцу. Это серьезно. Я уже говорил, что пророчество может быть осуществлено в разных формах. В форме одного из искусств в частности. Есть язык искусств. А так как новое слово имеет свойство творить новый мир то… Действительно, произносящий его, таким образом становиться подобен творцу. Но Лотмана это мало интересует… Это видимо что то само собой разумеющееся… До анализирую последний большой кусок.

« Свою содержательную статью Ильичев заканчивает важным выводом: «Итак, „новые миры” хранят в себе следы предшествующего гения

В. Э. Вацуро, напротив, именно через рассмотрение стиля и образной системы этого произведения характеризует его содержание. Он помещает в своей книге «Записки комментатора» разбор стихотворения «К Н***» («С Гомером долго ты беседовал один») вслед за статьей, содержащей анализ стихотворения «Пророк». В ней он рассматривает вопрос о том, как Пушкин использует церковно-славянизмы для воссоздания «библейского стиля», как переосмысляет свой первоисточник — эпизод из Книги пророка Исайи, — передавая конкретные черты наивного мироощущения героя и усиливая экстатический лиризм картины «перерождения» человека, превращения его в пророка. В. Э. Вацуро делает вывод о том, что «поэт воспользовался Библией как своего рода исходным материалом. Его пророк не походит ни на Исайю, ни на кого иного из библейских пророков. <...> Пушкин строит самостоятельный образ — в духе источника, но с иным содержанием».

С этим нельзя не согласиться. Ведь замысел Пушкина состоял не в том, чтобы изобразить библейского пророка, а в том, чтобы выразить мысль о высоком назначении поэта, об общественной его миссии и о страданиях, неизбежных при исполнении им его миссии. Неточными мне представляются лишь слова, которыми ученый формулирует свое представление об отношении поэта к его источнику: «воспользовался Библией как своего рода исходным материалом». Творческое «общение» Пушкина с древним, библейским поэтом носило другой характер. Уже самое родство изображенного им сюжета с библейским высоко подымало тон поэтического повествования. Сюжет о поэте подымался до уровня идеи предназначения человека, наделенного своим даром свыше, и ответственности его перед своим дарованием. Так идея библейского образа входила как составная часть в структуру мысли Пушкина, создавая «второй план» поэтического текста.»


Вообще надо сказать, что читая анализ Лотмана, можно нарисовать синусоиду. На пиках будут содержательные моменты, а на спадах стилевые и технологические фишки. Синусоида же будет изображать напряжение живого человека, которому важно содержание. Двигаясь за Лотманом он будет подходить к пику и как бы кричать: «Ну же Ну же!», а в ответ тут же получать холод стиля и сциентизма. А потом опять. В конце последнего проанализированного пассажа Лотман сказал нечто содержательное, потом привел не лишенное содержания высказывание Ильичева. «Ну может быть сейчас?» - Думает не равнодушный читатель, ждущий смысла от Лотмана. А он опять говорит о стиле. Приводит близкие ему рассуждения коллеги Вацуро...

Вади́м Эра́змович Вацу́ро (30 ноября 1935 — 31 января 2000,) — российский литературовед и историк литературы.


Обратим внимание, что Вацуро это вторая половина 20 века. Сциентизма уже хоть отбавляй. Говорит о том каким образом Пушкин «воссоздает библейский стиль»… Честно говоря меня от подобных выражений, особенно применяемых к Пушкину, немного подташнивает. А тебя читатель? Как тебе - «Пушкин как воссоздатель библейского стиля!» Тьфу! Если появляется новый пророк и начинает произносить религиозные тексты - он стилист? А если великий поэт? Может быть за одно и между прочим он еще и стилист, но это не есть его суть. Здесь же говорится так, как будто это суть. Вацуро анализирует приемы. Пушкин де использует «церковно-славянизмы" для воссоздания «библейского стиля», «переосмысляет свой первоисточник — эпизод из Книги пророка Исайи, — передавая конкретные черты наивного мироощущения героя и усиливая экстатический лиризм картины «перерождения» человека, превращения его в пророка.» - потрясающе не правда ли? Пушкин с помощью «церковно-славянизмов» воссоздает библейский стиль. А на фига он его воссоздает? Он ради этого произведение создал? А может быть… Он переосмысляет первоисточник что бы… (вот это уже интересно! Ради чего он его переосмысляет?) что бы передать черты наивного мироощущения героя и усилить экстатический лиризм картины «перерождения». И так Пушкин воссоздает стиль, передает ощущения героя, усиливает экстатический лиризм ну и? Он для этого переосмыслением занялся? Для передачи ощущений? Мне кажется переосмыслением для другого занимаются…

И дальше Вацуро действительно пишет: «Его пророк не походит ни на Исайю, ни на кого иного из библейских пророков. <...> Пушкин строит самостоятельный образ — в духе источника, но с иным содержанием». Опять становится интересно! Не слабое заявление не правда ли? Самостоятельный образ, но с иным содержанием! «Каким таким иным!» - спросит нормальный человек. Но Лотман не нормальный человек, он ученый… Он говорит, что согласен с Вацуро, но каким то странным образом… Пушкин видите ли про поэта и его миссию писал, тяжесть ее исполнения… У меня простите идиотский вопрос возникает, а Лотман стихотворение вообще прочел? А то что написал Вацуро, он как прочел? По принципу «что хочется то и видится»? Кто сошел с ума? Вацуро делает неслабое утверждение. Говорится о ином содержании пророка. Что есть содержание Исайи? Понятно какое оно. Оно христианское. А какое новое содержание хотел вложить Пушкин? Или прокладывал для этого нового путь… Лотман говорит в ответ, что мол у поэта есть миссия… Блин душа! - это не содержание! Миссия в чем! Что будет так тяжело нести поэту? Стилевые функции? И, я уже об этом говорил, при чем тут поэт? Стихотворение называется пророк! И совсем не надо что либо писать, что бы «выразить мысль» о великом назначении пророка. Поэта пожалуй, а пророка нет. Масло масленое. У пророка де есть высокое содержание и миссия и Пушкин эту мысль выражает. Во блин гениальная мысль и замысел! Пророк без миссии не пророк. Поэт же... Это дискуссионный вопрос... По этому по его поводу нужно высказываться и "выражать мысли" - это имеет смысл. Сдается мне, что «поэта» Лотман вставляет вместо пророка для того, что бы не так очевидна была бредовость смысла пушкинского произведения, которое он ему навязывает. Если поставить слово поэт вместо пророк, то оно худо бедно как то ничего. Знаете поэты они того… высокое содержание несут… Это не то, что сказать что пророки несут высокое содержание. Масло масляное – это не открытие, а что сковородка после жарки то же масленая это конечно не открытие... но все таки мысль как ни как. И так Лотман нам с пафосом сообщает о том, что сковородка после жарки то же масленая как и масло. Замечательно! Дальше что?

Дальше Лотману не нравятся слова с помощью которых Вацуро описывает взаимоотношения библии и Пушкина. «воспользовался Библией как своего рода исходным материалом» - цитирует Лотман. Мне то же ой как это не нравиться! Мне это не нравиться по одной причине, а Лотману… Он употребив слово «общение» как более адекватное процессу (с чем я то же вполне согласен) говорит что: «Уже самое родство изображенного им сюжета с библейским высоко подымало тон поэтического повествования.» Тон повествования приподнять это конечно хорошо, но за чем? «Сюжет о поэте подымался до уровня идеи предназначения человека, наделенного своим даром свыше, и ответственности его перед своим дарованием.» Сюжет видите ли приподымается… нет не содержание, сюжет… А сюжет о чем говорит? О том, что у человека есть предназначение, он наделен даром с выше и несет за это ответственность. Теперь это уже не поэт, а человек… Каждый или нет не понятно… (а согласись читатель это очень важный вопрос!) Это действительно содержательное заявление. Человек должен служить. А что бы это осуществить, он должен пройти трансформационную процедуру. Но у Лотмана это так ясно не очерчено, ибо он ученый… У него, то речь о поэте, то о человеке, то о пророке, как эти три ипостаси соотносятся Лотман не объясняет. Выходит очень путанный текст главное в котором: «Так идея библейского образа входила как составная часть в структуру мысли Пушкина, создавая «второй план» поэтического текста.» Главное все таки это вхождение библейского образа в структуру мысли и создание с помощью этого образа второго плана поэтического текста… Что это все значит на человеческом языке?

Вацуро и Лотман.


Это значит, что Лотман и ко рассматривают поэтическое произведение с позиции, что оно есть форма, которой служит содержание, а не на оборот. Пушкин не хотел донести нечто важное, он хотел создать нечто красивое, а важное, содержательное находится на службе этого красивого. Именно по этому содержание высвечено Лотманом так невнятно и сумбурно. Оно лишь одно из средств на ряду со стилем. «церковно-славянизмы» - воссоздают стиль, содержание - «приподымает сюжет», «усиливает лиризм», "подымает тон поэтического повествования" и тому подобное. Красивая же штучка созданная поэтом должна эмоционально воздействовать и этим доставлять наслаждение читающему. Природа этого воздействия Лотманом понимается согласно сциентистким представлениям. Я сейчас ниже опишу, что такое эти представления, которые я называю сциентисской ловушкой. А еще Лотман просто очень не хочет и боится заявить что у каждого человека есть нечто заложенное в него богом или еще чем хотите, которое требует реализации через служение, а человек за это ответственен. Служение начинается после трансформации. Человек реализовывается и есть подлинный человек только тогда когда он служит. Это нам говорит Пушкин. А Лотман сказать не хочет. Это для него стремно...

И так, если собрать смысловые пики на синусоиде лотмановского текста и их прочитать, то мы вполне узрим, что стихотворение Пророк это про «посвящение», что речь не о отдельном поэте, а впринцыпе о любом человеке, что посвятительная процедура носит вполне универсальную технологическую схему, что содержание культа может быть разным не обязательно библейским. Посвящение ведь может быть и буддийским и мусульманским и еще много каким. Технология универсальна, а смыслы могут быть разные в том числе и фундаментально противоположные. Что человек прошедший подобное посвящение уподобляется богу творцу. Он начинает творить новую реальность. Что у человека есть предназначение и дар свыше, который он может реализовать после соответствующей трансформационной процедуры. Все это есть у Лотмана и других филологов. Я могу на них совершенно спокойно сослаться, но у них нет человеческого фокуса, они не говорят о содержании прямо. Они говорят о нем через задницу... Особенно отличается в этом Лотман. В искусстве (по Лотману) есть приемы и средства для достижения результата, суть которого создание эстетического объекта, который воздействует. Содержание воздействия Лотмана и иже с ним не интересует. И тут надо постепенно переходить к борьбе в культуре и ретроспективности. Но перед этим нужно сказать, как я и обещал, несколько слов о том, что я называю сциентисткая ловушка.

Оригинал взят у danila_uskov в Зачем нужна культура? Часть 6.


Tags: культура
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment