Тарабановский Артём (shturman1922) wrote,
Тарабановский Артём
shturman1922

О роли саудитов в переделе Ближнего Востока



Предметом особо пристального внимания со стороны мировых СМИ Саудовская Аравия стала не так давно — всего около года назад, когда начала военные действия в Йемене. Однако пересмотр саудовцами собственных политических позиций на Ближнем Востоке, приведший к подобным действиям, начался гораздо раньше. Так, например, в 2011 году саудовские военные подразделения решительно подавили в соседнем Бахрейне все проявления «арабской весны», которая угрожала стабильности самого саудовского режима. Уже тогда стало ясно, что Эр-Рияд решился на крупные изменения в своей внешней политике.

Далее, в октябре 2013 года во французском издании Atlantico появилась статья «Вашингтон и Эр-Рияд: «медовый месяц» закончился». Автор статьи Ардаван Амир-Аслани — это французский юрист иранского происхождения, публицист и специалист по Ближнему Востоку, а также крупный эксперт по франко-иранским деловым контактам.

В его статье обсуждалась вероятность размена Соединенными Штатами и Китаем зон своего влияния на Ближнем Востоке. С первых же строк Ардаван Амир-Аслани заявил: «Вашингтон поворачивается от традиционных саудовских союзников в сторону Тегерана, который потенциально может стать противовесом влиянию Пекина в регионе... Вашингтон начинает воспринимать Тегеран не только как потенциального союзника в стратегии по сдерживанию Пекина, но и как возможную альтернативу саудовской нефти».

Подчеркнем, что автор статьи говорит о Китае не как о непримиримом враге США (и Запада в целом), диалог с которым невозможен. Он описывает сложный и неоднозначный процесс поиска договоренностей между США и КНР. При этом одним из ключевых вопросов этого поиска автор считает отношение к Саудовской Аравии:

«США и Саудовская Аравия движутся курсом на неизбежное столкновение. Как только американцы занимают какую-либо дипломатическую позицию, аравийцы поступают с точностью до наоборот. Так, после государственного переворота в Каире и свержения президента Мурси Вашингтон на три четверти сократил военную помощь Египту, однако Эр-Рияд немедленно пообещал компенсировать потери. Как только Обама обратился к аравийцам с просьбой не поставлять ПЗРК исламистским мятежникам в Сирии, те сразу же начали передачу оружия. Более того, когда Вашингтон попросил Саудовскую Аравию не вмешиваться в ход революции в Бахрейне, та немедленно отправила армию, которая утопила в крови стремление бахрейнского народа к свободе».

Статья завершалась прогнозом: «В будущем стоит ждать удивительных перемен в дружбе между народами: китайцы могут прийти на смену американцам в Эр-Рияде, а американцы вытеснить китайцев из Тегерана».

Это было написано задолго до снятия с Ирана санкций США и Евросоюза в январе 2016 года. С тех пор отношения Ирана с Западом явно потеплели. Конечно, это потепление вовсе не привело к отказу КНР от расширения политических и экономических контактов с Ираном. Так что приведенный прогноз оправдался лишь частично. И всё же нельзя сказать, что он вообще не имел отношения к реальности.

Отметим, что одновременно с признаками американо-иранского потепления ирано-саудовские отношения обострились настолько, что на экономическом форуме в Давосе в январе 2016 года главе иранского МИД был задан прямой вопрос: возможна ли война между Ираном и Саудовской Аравией. Глава МИД ИРИ Мохаммад Джавад Зариф ответил на вопрос отрицательно.

Что же касается китайско-саудовских отношений, то они интенсивно развиваются.

В январе 2016 года глава КНР Си Цзиньпин совершил серию визитов в страны Ближнего Востока. Перед началом поездки председателя КНР китайское правительство опубликовало документ о стратегии отношений со странами арабского мира — первый в истории Китая. А китайский МИД заявил о планах всеобъемлющего стратегического партнерства Пекина с Эр-Риядом.

Общей задачей китайского ближневосточного турне было названо развитие двух направлений проекта «Нового Шелкового пути» — сухопутного «Экономического пояса», а также «Морского Шелкового пути XXI века». В эту, морскую, часть проекта «Шелкового пути» входит не только освоение Китаем Гвадарского порта в Пакистане. Китай явно задался целью закрепить свое присутствие в стратегических проливах Индийского океана.

Еще в мае 2015 года прозвучало заявление президента африканского государства Джибути (расположенного на африканском побережье прямо у входа в Красное море) о том, что он приветствует открытие там китайской военно-морской базы. К началу февраля 2016 года стало уже известно, что база в Джибути, необходимая для материально-технического обеспечения китайского миротворческого корпуса, действительно скоро начнет строиться. И что в ее задачи будет входить обслуживание китайских патрульных кораблей в Аденском заливе.

Поскольку никаких жестких реакций со стороны США на эти заявления не последовало, то западные эксперты предположили, что строительство китайской базы в Джибути, где уже находятся базы США и Великобритании, согласовано с США. Отметим, что и реакция США на гвадарский проект Китая была, против ожиданий, достаточно мягкой.

Такое «добродушие» США, возможно, отчасти объясняет еще один европейский прогноз 2013 года. В октябре 2013-го в германском издании «Die Zeit» вышла статья Эрика Т. Хансена «Маленькая зависимая Европа» со следующим обещанием: «...Начиная примерно с 2020 года США перестанут зависеть от арабской нефти и, согласно прогнозу Международного энергетического агентства, сами станут важным экспортером нефти».

Такие предположения о перспективах американского нефтебизнеса не редкость в современных СМИ. Все понимают, что они являются не описанием ближайшего будущего, а отражением политического торга, который ведут США с крупнейшими нефтедобывающими странами. Однако в данном случае важно то, какой вывод сделало германское издание.

Заключение «Die Zeit» было таким: «Это будет иметь последствия для всего мирового порядка, потому что Америка сможет, наконец, покинуть Ближний Восток». И далее: «Однако тогда образуется брешь, и вместе с этим встает вопрос: кто же тогда мог бы отправить свои корабли в Персидский залив? По данным BND, такой страной мог бы быть Китай».

Предположение о том, что США просто уйдут с Ближнего Востока, уступив его КНР, более чем сомнительно. Логичнее предположить, что они если и оставили бы его Китаю, то только в таком хаосе, который был бы убийственным для китайской стабильности. Но нет сомнений в том, что перед нами — оставшиеся в СМИ следы идущего до сих пор спора между США и Китаем за влияние на Ближнем Востоке.

Каково же место Саудовской Аравии в описанной картине? Приведенные выше прогнозы 2013 года предрекали ей переход из американской политической орбиты в орбиту Китая.

В середине февраля 2016 года американское издание «American Thinker» опубликовало статью «Размышления об альянсе США и России против исламистов», написанную Александром Майстровым и Тедом Белманом.



Важное место в статье занимает обсуждение новых перспектив регионального устройства Ближнего Востока. При этом описание авторов «American Thinker» вовсе не является повторением известной с середины 2000-х годов прогностической карты американского подполковника Ральфа Петерса по переустройству Ближнего Востока. Напомним, что в предложенном Петерсом варианте ближневосточного передела Саудовская Аравия, как и многие другие страны региона, теряла бы важные части своей территории. Авторы «American Thinker» видят судьбу Саудовской Аравии совершенно иначе:

«Новый Ближний Восток находится в процессе становления. ... Сирия, Ирак и Ливия больше не существуют. Похоже, что Ливан тоже распадется на части в результате наплыва 1,5 миллиона суннитов — палестинских, либо сирийских. ... На карте нового Ближнего Востока появятся алавитская Сирия, сильное государство курдов на севере Ирака и Сирии, племенные союзы в Ливии, анклавы друзов в Сирии, анклав христиан в Ливане и, возможно, в Ираке».

«Соединенным Штатам и России следует договориться о политическом решении сирийского кризиса, в результате чего Сирия будет поделена на три государства по этническому принципу. Это — Алавитская Сирия, ситуацию в которой будет контролировать Россия, Курдская Сирия, которая присоединится к иракскому Курдистану, и суннитское государство (выделено мною. — М. П.), которое объединит суннитские территории Сирии и Ирака».

Судя по всему, это «суннитское государство» является в приведенном пунктирном плане ключевым элементом. В карте Петерса, опубликованной десять лет назад, в июне 2006-го, в «Armed Forces Journal», таким ключевым элементом было появление единого Курдистана, и не предполагалось ничего, подобного террористическому межгосударственному анклаву ИГИЛ. Остаток Ирака лишь делился на суннитскую и шиитскую части без перспектив их расширения. Февральская публикация в «American Thinker», в отличие от проекта Петерса, очевидным образом является реакцией на появление ИГИЛ на карте Ближнего Востока:

«ИГИЛ должно быть уничтожено, а во главу государства (так авторы называют всю занятую сейчас ИГИЛ суннитскую зону — М.П.) необходимо поставить суннитов, не являющихся исламистами. Ведущую роль в создании и поддержке этого государства (!) следует отвести Саудовской Аравии. Не исключено, что, в конечном счете, к этому государству присоединится и Иордания, учитывая то количество суннитов, которые она у себя приняла. Это государство могло бы служить бастионом, обеспечивающим защиту от экспансионистского Ирана».

Как приведенные рекомендации соотносятся с ближневосточной реальностью? Можно заметить, что роль саудовцев в ближневосточных процессах, действительно, меняется. Сегодняшняя Саудовская Аравия заявляет о готовности прямо подключиться к воздействию на сирийско-иракский очаг нестабильности. В начале февраля 2016 года глава саудовского МИДа Адель аль-Джубейр сообщал о намерении саудовского государства отправить в Сирию войска для борьбы против ИГИЛ (а заодно и против растущего влияния Ирана в регионе) в составе американской коалиции. Арабские телеканалы Al-Jazeera и CNN Arabic при этом подчеркивали, что речь идет о десятках тысяч саудовских солдат. И что саудовские силы войдут в ядро 150-тысячного контингента, который будет создан из вооруженных сил многих суннитских государств.

Далее, Саудовская Аравия провела на своей территории многонациональные военные учения под названием «Северный гром», в которых приняли участие подразделения более двадцати стран. Учения начались 14 февраля 2016 года, а закончились военным парадом 10 марта. То есть Саудовская Аравия показывает, что готова стать лидером сухопутной «армии вторжения» в создаваемой проамериканской ближневосточной «коалиции для Сирии».

Похоже, что Саудовская Аравия, активно развивая отношения с Китаем, сумела выгодно продемонстрировать США свою нужность для американской политики. А также получить место в нынешней кампании США по организации воздействия и на Сирию, и на ИГИЛ при помощи наземных сил ближневосточной коалиции. Пока что США лишь дают понять, что «готовы взять Саудовскую Аравию в долю» в своем обновленном концепте передела Ближнего Востока. Так что в ближайшее время окончательный размен Соединенными Штатами и Китаем Ирана и Саудовской Аравии как своих политических партнеров вряд ли произойдет.

Сейчас остается ждать, как именно начнет реализовываться новый американский план. И действительно ли Саудовскую Аравию в случае успеха этого плана ожидает статус патрона суннитских территорий в зоне нестабильности, или это останется только пустым посулом.

Автор: Мария Подкопаева
Опубликовано: газета "Суть времени" №170 от 23 марта 2016 г.

Предыдущая статья по теме:
Саудовская Аравия в мире арабской нестабильности

Tags: ДАИШ, ИГИЛ, Ирак, Иран, Китай, США, Саудовская Аравия, Сирия, война, нефть, терроризм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments